Татьяна Соколова
Личный сайт

Февраль-16


Января у меня нынче не было. Пока он отдельно от меня прогуливался за окном моей гостиной, я поняла, что каждый месяц – и безо всяких сказок! – это отдельное живое существо.

Я знала, слышала, видела, как он там, за окном, ходит, никем не узнанный. Да ведь о нём как об отдельной сущности никто никогда и не думает вовсе!

А он  – вот он – январь! – молод и бодр, как обычно и каждый раз по-новому – морозный, чистый, белоснежный – громко и звонко скрипит жёстким снегом, блистает миллиардами радужных снежинок-солнц. Воздух его пахнет прозрачным глыбистым льдом, остатками мёрзлой рябины на серых и ломких, точно хрусталь, кустах, освещён жёлтыми юркими комочками синиц неугомонок.

===============================

Два Питера Брейгеля – старший и младший, «мужицкий» и «адский», «Охотники» и «Зимний пейзаж». В окне моём  они вместе! – в маленьком пустом саду почти сельского городка!

Синее лишь предполагается за лёгкой пеленой собравшихся в продолговатые клубки и веретёшки серых зимних туч. Эта серость на грани коричневого – коричневое на грани золотого – на фоне упрятанного за тучи синего! В этом пейзаже коричневое – там, где оно соприкасается с белым и становится похожим на чёрное (но только похожим!) – кажется самым прекрасным из всего во всём видимом мире!

Фигуры строений и прочих неведомых предметов – кант по крыше кирпичного дома напротив, крышки его балконов, подъездов, детской верандочки, качели, обрубыши старых тополей, причудливые узлы из обнажённых веток кустарников и дерев – поверху покрыты тёплыми белоснежными платками. Всему этому населению моего сада от этих платков тепло – они греются, дышат и даже по-своему переговариваются!

Сами фигуры – каждая в целом и по деталям, особенно неисчислимые тысячи  ростков и веток – не повторяют одна другую ни на микрон! Их извивы, переплетения, невообразимых форм геометрические фигуры, сетчатая частота или вольная коричнево-чёрно-серо-золотая разбросанность по всему пейзажу – по снегу, по небу, по редкому солнцу – разве может быть что-то загадочнее и прекраснее?